Антикоррупционная компанийка

Игорь Субботин

Первым в российской истории от коррупции и мздоимства взвыл Петр Первый.

Проблема показалась ему настолько острой, что в горячности своей молодой император совсем уже было собрался издать указ, согласно которому следовало вешать любого чиновника, неправедно обогатившегося на сумму, превышающую цену веревки.

Указ, впрочем, так и не вышел.

Соратники по строительству новой России объяснили государю, что он рискует оказаться совсем без подданных.

Сегодня - если кто не в курсе - на повестке дня у нас вновь борьба с коррупцией. Президент внес на рассмотрение Госдумы 4 законопроекта, направленных на борьбу с этой бедой, и даже лично попросил Владимира Жириновского посодействовать их скорейшему принятию. Жириновский президенту не отказал.

Ну а поскольку словосочетание «антикоррупционные законы» звучит хоть и верно по сути, но скучновато по форме, в массах продвигается новый «бренд» - Национальный план по противодействию коррупции.

И коли этот вопрос максимально остро стоит в нашей стране уже не первый десяток лет - его задумали решать не отдельными мерами, а целым комплексом законодательных инициатив.

Далее мы постараемся коротко и внятно рассказать - что за инициативы предлагаются. А затем попробуем объяснить, почему из этого ничего не выйдет.

Поздравляем. У нас коррупция

Над пакетом антикоррупционных законов, внесенных в Думу от имени президента, работа началась еще в мае - под непосредственным руководством главы администрации президента Сергея Нарышкина.

В первой статье Закона «О противодействии коррупции» вводятся новые термины. Теперь, например, коррупцию официально так и называют (до этого термин «коррупция» в законах даже не фигурировал), и как только будет принят этот закон (если Жириновский не подведет), можно смело утверждать, что она в России есть.

И с ней намерены вести борьбу. Раньше, надо понимать, сделать это было достаточно затруднительно - сам термин мог употребляться сугубо публицистически, ничего юридического за ним не просматривалось.

Теперь коррупция в России есть, и в качестве таковой Закон определяет «злоупотребление служебным положением, дача взятки, получение взятки, злоупотребление полномочиями, коммерческий подкуп либо иное незаконное использование физическим лицом своего должностного положения вопреки законным интересам общества и государства в целях получения выгоды».

Закон также вводит понятие «конфликт интересов», под которым следует понимать ситуацию, «при которой личная заинтересованность (прямая или косвенная) государственного или муниципального служащего влияет или может повлиять на объективное исполнение им должностных обязанностей и при которой возникает или может возникнуть противоречие между личной заинтересованностью государственного или муниципального служащего и законными интересами граждан, организаций, общества или государства, способное привести к причинению вреда законным интересам граждан, организаций, общества или государства».

Кто должен бороться?

Тут все традиционно. Бороться будут все ведомства, силовые и фискальные, координирует данное похвальное дело Генеральная прокуратура.

Впрочем, новый закон оговаривает и возможность создания специального органа, который будет координировать всенародную борьбу.

Что ждет чиновников?

Чиновников ждет страшное. Им придется декларировать не только свои доходы, но и доходы членов своей семьи. Если точнее - супругов и несовершеннолетних детей.

Однако наличие, например, 19-летнего сына-миллионера не грозит чиновнику никакими неприятностями. Ну, коммерческий талант у мальчика, при чем тут родительские должности?

Помимо этого чиновника обяжут сообщать о ставших ему известными правонарушениях со стороны своих коллег, в противном случае ему грозит увольнение.

Карать за коррупцию будут с помощью поправок в Уголовный кодекс. Например, за злоупотребление служебными полномочиями, если это повлекло причинение существенного вреда правам и интересам граждан или государства, срок заключения предлагается увеличить с трех до четырех лет. Если это же преступление повлекло тяжкие последствия, нарушителю грозит штраф до 1 млн рублей (сейчас - 100-500 тысяч рублей) либо лишение свободы на срок до 10 лет (сейчас - до пяти лет) с запретом занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до пяти лет.

Что будет?

Шумная кампания - будет всенепременно. Тем более что мерам по профилактике коррупции в новом законопроекте посвящена отдельная статья. Иные депутаты уже говорят, что нужно создавать специальное ведомство, которое будет заниматься исключительно антикоррупционной пропагандой - выпускать наглядные пособия, снимать телевизионные ролики и т.п.

Рискнем предсказать, что борьба за право «осваивать бюджеты», отпущенные на антикоррупционную пропаганду, предстоит нешуточная. Победит, как водится, самый талантливый.

Но это - совсем не главное. Проблема в другом - по большому счету предполагается, что борьбой с коррупцией станут заниматься как раз те, кто весьма неплохо чувствует себя в этой ситуации.

Вряд ли коррупция сильно мешает чиновникам в исполнительной власти.

Вряд ли под пятой коррупции задыхаются высокие и не слишком чины в правоохранительных органах.

Сильно сомневаюсь, что судейские чиновники не спят ночей в тяжких думах - как победить коррупционную заразу.

Будем рассуждать спокойно и непред-взято - история не знает примеров, когда система успешно реформировала самое себя, изнутри.

Реформы - а борьба с коррупцией, в сущности, это радикальная реформа самой государственной системы - удавались только тогда, когда они происходили извне. То есть потребуется неукротимая личная воля руководителя страны - чтобы хоть что-то сдвинулось. И подобную волю способен проявить только настоящий лидер нации - получивший власть в равной и открытой борьбе в результате свободных выборов.

Хотя и «чисто технические меры» в виде новых жестких законов и их неукоснительного до фанатизма исполнения способны на многое. Достаточное число стран мира сумело свести коррупцию до приемлемого уровня.

Если рассматривать мировой опыт, при каких условиях можно победить коррупцию?

Это максимальная открытость государства перед своими гражданами и подотчетность всех чиновников народу.

Это свободная пресса и независимый суд.

Это подчиненность чиновника закону, а не инструкции и начальнику.

Дальше продолжать? Или засмеемся и полистаем газету дальше - в целях почитать что-нибудь менее фантастическое?

Поскольку любой, кто хоть немного знает, например, ситуацию с российскими судами, при словах «независимый суд» может только пожать плечами.

А судьи кто?

Кирилл Кабанов, председатель Национального антикоррупционного комитета, в интервью изданию «Газета» говорит, что в первую очередь антикоррупционные стандарты нужно разрабатывать именно для судебной власти.

«Да, у нас прошла судебная реформа, - говорит он, - но она уже признана неэффективной. Чтобы обеспечить максимальную прозрачность судебной системы, я бы поддержал инициативу председателя Высшего арбитражного суда о том, что все судебные процессы, не касающиеся каких-то свобод, должны транслироваться на сайте в прямом эфире и записываться. И вообще, все судебные заседания должны не только протоколироваться (из протоколов потом многое может исчезнуть), но и записываться с помощью технических средств. Чтобы можно было в любой момент воспроизвести нужное высказывание судей, которые за последнее время просто обнаглели.

Например, мы сами участвовали в процессе о рейдерском захвате, где 50 дольщиков одного предприятия заявляли, что их подписи подделаны и они требуют экспертизы. Но судья говорит: «Я не вижу оснований».

Про открытость государства и ответственность чиновников шутить будем? Про свободные СМИ? Можно еще свободные выборы вспомнить… Или там равенство всех граждан перед законом? Гулять так гулять!

Чтобы не множить словеса в утешительной, но бесперспективной иронии до бесконечности, постараюсь выразиться совсем коротко - имеются крайне большие сомнения. По поводу того, что из этой борьбы получится что-то вразумительное.

Потому что коррупция - это симптом болезни. А сама болезнь куда глубже.

Это если вообще считать сложившуюся в нашем государстве систему больной. Может быть, это просто вот такая система - довольно устойчивая и весьма логичная по-своему?

Когда верблюда спросили, почему у него шея кривая, он вполне разумно задал встречный вопрос. «А что у меня прямое?»

Пользовательского поиска